segels: (Sew)

Кто же ты - наказание или моя награда?
Каждое расставание – новый виток пути.
Каждое возвращение – все, что мне только надо:
Просто идти навстречу – лучшего не найти.

Сотни дорог и улиц, туго сплетенных в узел,
Каждую из которых мне суждено пройти.
Льется из снов и окон переплетенье музык.
Это мое призвание - лучшего не найти.

Знаком небесной сини солнечного восхода
Ветер в лицо и крылья. Что ты стоишь - лети!
Это твоя награда, это твоя свобода,
Это твой Белый Город – лучшего не найти... (автора не знаю)
segels: (Х)
Я совершенно не религиозный человек. Но это стихотворение очень люблю...

Сообщники

Ты думаешь, Голгофа миновала,
При Понтии Пилате пробил час,
И жизнь уже с тех пор не повторяла
Того, что быть могло - единый раз?

Иль ты забыл? Недавно мы с тобою
По площади бежали второпях,
К судилищу, где двое пред толпою
Стояли на высоких ступенях.

И спрашивал один, и сомневался,
Другой молчал, как и в былые дни.
Ты все вперед, к ступеням порывался...
Кричали мы: распни Его, распни!

Шел в гору Он - ты помнишь? - без сандалий...
И ждал Его народ из ближних мест.
С Молчавшего мы там одежды сняли
И на веревках подняли на крест.

Ты, помню, был на лестнице, направо...
К ладони узкой я приставил гвоздь.
Ты стукнул молотком по шляпке ржавой, -
И вникло острие, не тронув кость.

Мы о хитоне спорили с тобою,
В сторонке сидя, у костра, вдвоем...
Не на тебя ль попала кровь с водою,
Когда ударил я Его копьем?

И не с тобою ли у двери гроба
Мы тело сторожили по ночам?
Вчера, и завтра, и до века, оба -
Мы повторяем казнь - Ему и нам.
З.Гиппиус
segels: (Х)
Просто фрагменты любимого стиховорения...

Новый Жюль Верн (посвящение Л. и Н. Лифшиц)

...Безупречная линия горизонта, без какого-либо изъяна.
Корвет разрезает волны профилем Франца Листа.
Поскрипывают канаты. Голая обезьяна
с криком выскакивает из кабины натуралиста.
Рядом плывут дельфины. Как однажды заметил кто-то,
только бутылки в баре хорошо переносят качку.
Ветер относит в сторону окончание анекдота,
и капитан бросается с кулаками на мачту.
Порой из кают-компании раздаются аккорды последней вещицы Брамса.
Штурман играет циркулем, задумавшись над прямою
линией курса. И в подзорной трубе пространство
впереди быстро смешивается с оставшимся за кормою.Дальше )
segels: (Default)

Рано ты хоронишь себя, не окончен твой путь 
меж волшебных зеркал.
Слышишь? - это юность твоя
пригласила тебя на карнавал… 
И дорога петляет между зеркал,
овивая змеей Великий Кристалл,
И змея кусает себя за хвост,
и видна дорога до звезд.           

«Случайно на ноже карманном
Найди пылинку дальних стран
И мир опять предстанет странным,
Закутанным в цветной туман…»

Небо - или каменный свод?
Эй, мальчишка-проказник на крыльях судьбы!
Море - черный парус зовет,
но сильней во сто крат твои детские сны.
Ливень - и крутое пике, 
и уходит стрела за пределы небес.
Месяц - лунный камень в руке,
и дорога в душе - ты снова здесь!

Далее по тексту... )
segels: (Х)
Я не знаю, что делать, помоги, старина, посоветуй.
Не ищу я ни денег, ни жены и ни нового света.
Мне б осеннюю полночь, да звенящую тонкую нить,
Чтобы главное вспомнить, а всё остальное забыть….

Паутина и плесень, город грязи и каменной скуки,
Тесный круг старых песен и далекие нежные руки.
Темной улочки тайны, да дождливых ночей забытьё,
Да раскрытые ставни в бессонном окошке её.

Все, что было - исчезло. Тех, кто дорог - дороги умчали,
И, старик, если честно, что-то плохо мне спится ночами.
И на небо рябое в ожиданье гляжу я с утра,
И работа, работа, и отложенных строчек гора...
segels: (Карлсон)
Свердловская областная детская библиотека. 14 октября 2010 г. Церемония награждения победителей премии Владислава Крапивина. Мальчишка читает стихи...
segels: (Default)
Сегодня - день рождения Владислава Крапивина. В Екатеринбурге на вручение Международной детской литературной премии им. Крапивина собрались библиотекари, учителя и филологи, литераторы. Много чего там интересного. Что-то грустно мне. Наверно, потому, что и у меня всё же была маленькая возможность туда поехать. И увидеть любимого писателя... Одно радует - скоро надеюсь услышать о том, как всё было от одного из непосредственных участников событий. И ещё есть повод порадоваться - попросили меня вчера в одном месте провести литературный вечер о Крапивине. А меня хлебом не корми:)))
А может, грусть навеяли новые стихи Командора? Буквально несколько дней назад он сделал подарок севастопольцам, переслав им свои стихи...
Севастопольские мальчики )
segels: (Х)
                                                    Хуан Рамон Хименес
Уже не вернусь. И на землю
успокоенье ночное
спустится в теплую темень
под одинокой луною.

Ветер в покинутом доме,
где не оставлю и тени,
станет искать мою душу
и окликать в запустенье.

Будет ли кто меня помнить,
я никогда не узнаю,
да и найдется ли кто-то,
кто загрустит, вспоминая.

Но будут цветы и звезды,
и радости и страданья,
и где-то в тени деревьев
нечаянные свиданья.

И старое пианино
в ночи зазвучит порою,
но я уже темных окон
задумчиво не открою.


Сургановская песня тоже хороша... )
                        
segels: (kniga)
            С ПРАЗДНИКОМ ТЕХ, КТО СЧИТАЕТ СЕБЯ ПРИЧАСТНЫМ!


"Какая б ни была эпоха под этой бледною луной,
Россия со времен Гороха была читающей страной.
Как говорил святой Савватий, у нас холодная страна.
Ни для каких других занятий не приспособлена она.
Рискованное земледелье, глухие, топкие места,
от пьянства дикое похмелье (поскольку водка нечиста),
трактиров мало (чай, не Дублин), рулит сатрапский фаворит,
и восемь месяцев в году, блин, зима жестокая царит.
Сегодня минус двадцать девять, назавтра минус тридцать пять...
Чего еще в России делать? Залечь в берлогу — и читать!

 И коль учесть расположенье Россией правящих планет,
так это лучшее вложенье ума, талантов и монет...
Да, господа! Признаем честно (не потому, что я злодей):
у нас в России нету места трем четвертям ее людей!
«Читай! Роман — замена жизни, — я посоветую любя тому,
кто хочет жить в Отчизне, при этом сохранив себя.
— Читай! Для нас одна отрада — в пространстве как бы полусна
прорваться в мир, где все как надо:
любовь — бесплатно, жизнь честна,
чего-то стоит благородство, и все чисты и не грубы,
и можно, главное, бороться — не предрешен исход борьбы!»

О ты, который дружен с книгой! Тебе спасение дано:
чуть что не так — немедля прыгай в ее волшебное окно!
И я иду в библиотеку и там сижу до десяти.
Порядочному человеку в России есть куда пойти!" (стихи Дмитрия Быкова)

 
segels: (Карлсон)

...Сегодня совершенно случайно на детском канале "Бибигон" напала на документальный сериал "Детская Одиссея" - подростки из разных стран плывут на старинном паруснике вдоль карибских островов... И вспомнился вот этот стих )
segels: (Х)
Владимир Ланцберг
Сонет
Ирине Ланцберг

Малыш, ты видишь: вот моя рука,
Ладонь, что помнит дротики и луки,
На ней - дорога Дней, ручей Разлуки,
К которому ты брел издалека.

Сдержись. Я из таких ручьев не пью.
К холмам припав горячею щекою,
Ты этому недолгому покою
Отдай всю неуверенность свою.

Следы часов, штрихи минут - на всем.
Каких мы только троп не накрутили!
Куда ж рисунки этой паутины
Мы на застывших лицах унесем?

Но ты не бойся: вот моя рука -
Протянута тебе через века!

Фрагмент фильма флотилии "Каравелла" по рассказу А.Грина "Гнев отца". В роли Беринга - Владислав Крапивин.
segels: (Default)
Спасибо, Лена, за всё, что было! И, как говорится,
бог всем судья!


Когда мы спрячем за пазухи
ветрами избитые флаги
и молча сожжем у берега
последние корабли,
наш маленький барабанщик
уйдет за вечерним солнцем
и тонкой блестящей льдинкой
растает в желтой дали.
От горького пепелища,
от брошенных переулков,
где бьют дожди монотонно
по крышам, как по гробам,
от злой измены, что рыщет
в домах опустелых и гулких,
наш маленький барабанщик
уйдет, не сдав барабан.
Но есть утешенье - как будто
последний патрон в обойме,-
последняя горькая радость,
что каждый из нас был прав.
И вот потому над планетой
шагает наш барабанщик -
идет он, прямой и тонкий,
касаясь верхушек трав. (В.Крапивин)
segels: (Х)
Недавно один хороший человек открыл для меня Михаила Щербакова. Признаюсь, как-то так получилось, что я не читала раньше его стихов, и песен не слышала. А тут такое...

ВИШНЕВОЕ ВАРЕНЬЕ
Теперь на пристани толпа и гомонит, и рукоплещет: Из дальних стран пришел корабль, его весь город ожидал. Горит восторгом каждый лик, и каждый взор восторгом блещет. Гремит салют, вздыхает трап, матросы сходят на причал. Сиянье славы их слепит, их будоражит звон регалий, У них давно уже готов ошеломляющий рассказ, Как не щадили живота, и свято честь оберегали, И все прошли, и превзошли, и осознали лучше нас.
Ты знаешь, я не утерплю, я побегу полюбоваться, Я ненадолго пропаду, я попаду на торжество. Ну сколько можно день и ночь с тобою рядом оставаться И любоваться день и ночь тобой - и больше ничего! Ведь мы от моря в двух шагах, и шум толпы так ясно слышен. Я различаю рокот вод, я внемлю пушечной пальбе. А ты смеешься надо мной, ты ешь варение из вишен И мне не веришь ни на грош, и я не верю сам себе.
Вот так идет за годом год: вокруг царит столпотворенье, И век за веком растворен в водовороте суеты А ты ужасно занята, ты ешь вишневое варенье, И на земле его никто не ест красивее, чем ты. Изгиб божественной руки всегда один и вечно новый, И в ложке ягодка блестит, не донесенная до рта... Не кровь, не слезы, не вино - всего лишь только сок вишневый. Но не уйти мне от тебя и никуда и никогда.

1984

Другие стихи Михаила Щербакова - http://lib.rus.ec/b/48453/read

Profile

segels: (Default)
segels

July 2012

S M T W T F S
1 234 567
8910 111213 14
15 161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 08:13 am
Powered by Dreamwidth Studios