segels: (Default)
[personal profile] segels
Надеюсь, что это будет интересно не только любителям творчества Владислава Петровича Крапивина. Ведь веселая добрая книжка нужна всем, а кино – тем более.
В нескольких постах собираюсь разместить авторский сценарий фильма «Бегство рогатых викингов» и записки о съемках фильма. Чтение увлекательное! Не смотря на то, что саму книжку знаю хорошо, сценарий фильма – совсем другое…
А вторая часть - записки о съемках фильма жарким летом 2010 года – это не просто заметки Крапивина о тех, кто принимал участие в съемках, это собрание мыслей и наблюдений о жизни. О городе Тюмени, который словно сам подталкивал к съемкам. О режиссере Илье Белостоцком, который сделал невозможное – снял настоящее КИНО ДЛЯ ДЕТЕЙ. О бескорыстных взрослых. И главное – о детях, которые «как и в прежние времена, умеют дружить, читают хорошие книги, способны увлекаться общими делами и побеждать трудности…»
«РОГАТАЯ САГА»
ПЕРВАЯ ЧАСТЬ. ПРЕДИСЛОВИЕ И СЦЕНАРИЙ
«Тюменский курьер» № 117 (3134) Вт, 5 Июль 2011

Предисловие сценариста
Эти записки можно отнести к разряду мемуаров. Такого рода повестей и рассказов у меня хватает. Но здесь есть существенное отличие. Обычно мемуары пишутся о событиях, отодвинутых от нас достаточно долгим временем, а «Сага»… Она писалась по горячим следам. Следы эти не остыли до сих пор. Мало того, цепочка их даже не оборвалась. Потому что фильм, о котором идет речь, все еще не доведен до конца. Режиссер оптимистично убеждает всех, что картина «закончена вчерне», но знаем мы эти дипломатические формулировки…
Казалось бы, следует дождаться не черновых просмотров, а официальной премьеры. Однако режиссер (елки-палки!) находится на той ступени, которая на многомудром киношном лексиконе именуется «постпродакшн», а по-русски - «после съемочный период»…
Но все же основные эпизоды закончены. Правда, коза (важнейший персонаж), до сих пор не подвергнутая компьютерной обработке, напоминает деревянное чучело, но фиг с ней с козой. Главные герои - ребята. Живые, неунывающие, замечательные. Даже если неумелые «профессионалы» и не терпящие всякую инициативу чиновники провалят выпуск фильма, у ребят все равно останутся копии отснятого материала - память о днях полного приключений детства. А в городе Тюмени долго будут жить воспоминания об июле 2010 года, когда по старым улицам маршировали грозные викинги с оранжевыми щитами, и звучала веселая песня их непобедимых соперников…
Далее - все по порядку. Сначала - сценарий, который весьма отличается от повести (а иначе и быть не могло: времена-то нынче другие…).

БЕГСТВО РОГАТЫХ ВИКИНГОВ
Литературный сценарий кинофильма по одноименной повести Владислава Крапивина
УЛИЦЫ ГОРОДА. НАТУРА. УТРО.
Город, в котором происходит наша история - совершенно настоящий. Но в то же время он - слегка сказочный. Город, в котором хорошо живется людям. Он невелик. На нескольких центральных его улицах немало машин и рекламы, но стоит только свернуть с них - сразу зелень и тишина. Небольшие дома: деревянные и каменные, узкие мостовые, взгорки, мостики, колокольни, памятники местной старины… Раннее утро. Дрожат капли росы на листьях, лучи восходящего солнца пляшут на золоченых куполах церкви, простреливают кроны деревьев и падают на землю рыжими пятнами. Вот проезжает первая машина. Поднятый ей ветер кружит смятый клочок плаката, прибивает его к забору, на плакате можно различить «...рный ярл».
ИНТЕРЬЕР. КВАРТИРА ДЖОННИ. УТРО.
Солнышко забирается в комнату, скользит по книжным полкам, по моделькам кораблей, одна из которых, недоделанная, стоит на столе, по подушке, на которой спит ДЖОННИ Воробьев. Рядом с подушкой на кровати - всякие солдатики и кораблики. Рядом с Джонни - раскрытая книга. Ветерок, залетевший в комнату, переворачивает страницы. Листы щекочут мальчику нос, он поворачивается во сне, натыкается носом на твердую книжную обложку. Чихает и просыпается. Проморгавшись, замечает, что книга раскрыта, и, устроившись поудобнее, читает.
ИНТЕРЬЕР. КВАРТИРА ВИКИ. УТРО.
Свисая с потолка, позвякивает японское украшение. Ветерок из окна колышет небольшие трубочки, и они издают мелодичный звук. На своей кровати, одетая в пижаму, сидит ВИКТОРИЯ. Она в позе лотоса, глаза прикрыты, очевидно, это утренняя медитация. Виктория открывает глаза, улыбается утреннему солнцу и, резко вскочив с кровати, делает несколько упражнений у-шу.
ИНТЕРЬЕР. КВАРТИРА БРАТЬЕВ ДОРИНЫХ. УТРО.
У братьев ДОРИНЫХ двухэтажная кровать, какие обычно стоят в комнате, где живут два брата. Солнечный прямоугольник от окна движется по комнате, и, попадая на подушку, будит одного из братьев (того, что на нижней койке). Он просыпается, хитро поглядывает наверх. К стойке кровати приделана кнопка. Брат нажимает на нее. На стене сверху, чуть выше головы другого брата, висит звонок, который разражается противным звоном. Верхний брат просыпается недовольный, начинает лупить нижнего подушкой, свесившись с кровати, оба смеются, дурачатся.
ИНТЕРЬЕР. КОМНАТА САМОХИНА. УТРО.
Сменяются цифры на электронном будильнике. Будильник срабатывает, начинает пищать. САМОХИН спит на спине. Он резко открывает глаза, и сразу так же резко поднимается на кровати. Ноги нашаривают тапочки, руки застегивают «молнию», хватают ключи со стола - Самохин быстро, по-военному, одевается, собирается и устремляется вон из комнаты.
ИНТЕРЬЕР. КОМНАТА СЕРЕЖИ ВОЛОШИНА. УТРО.
Комната современного продвинутого, читающего, слегка романтичного подростка. Книги. Гитара. Стол с компьютером... Монитор включен, на нем несколько строк, видно, что стихи. Уронив голову на руки, за столом спит СЕРЕЖА ВОЛОШИН, похоже, его сморило после ночи вдохновенного творчества. Рядом с ним начинает звенеть мобильник. Сережа просыпается, хватает телефон, слушает какое-то время, затем его лицо озаряется радостью, и он, отложив телефон, бойко настукивает на компьютере пару новых строчек.

Первые эпизоды вставлены сюда из сценарного варианта, созданного режиссером И. Белостоцким. Это сделано для приближения текста к уже отснятому материалу. Далее - первозданный авторский текст. Как уже сказано, он не всегда похож на первоисточник…

В то утро, когда началась наша история, по окраинной улице в сопровождении воспитательницы привычно брела вереница ребятишек - отряд городского летнего лагеря. Воспитательница была одна. Несмотря на уличную тишину и покой, она нервно сновала из хвоста колонны в голову и обратно.
- Дети, не разбредайтесь! И не вздумайте переходить дорогу без моего сигнала!..
В конце колонны (не в паре, а одна) шла солидная девочка в очках и с красным флажком.
- Маргарита, смотри, чтобы никто не отставал и не вздумал сбежать…
- Да, Вера Сергеевна. На одном из перекрестков группу догнал мальчишка с растрепанными светлыми волосами. В широченных ковбойских штанах и обширной клетчатой рубахе, в шляпе «вестерн», с пестрой косынкой на шее. Пристроился рядом с очкастой Маргаритой. Как ни в чем не бывало.
К нему тут же поспешила Вера Сергеевна.
- Воробьев! Почему ты опоздал на этот раз?
- Проспал немножко, - зевнул Воробьев.
- Но я самолично разбудила тебя перед уходом!
- А я потом самолично еще немножко поспал…
- Ты чудовище…
- Ага, - ласково согласился Воробьев и достал из-за ковбойского пояса растрепанную книжку. Можно было разглядеть, что это «Человек-амфибия».
- Почему ты снова в таком ужасном виде? Неужели нельзя выглядеть, как все дети в летнем лагере?
- Не получается, Вера Сергеевна… - И Воробьев на ходу уткнулся в книжку.
- Завтра я буду беседовать с твоими родителями!
- Хорошо, Вера Сергеевна, - согласился Воробьев, не отрываясь от чтения.
- И я скажу им наконец все, что… Дети! Я же велела: не переходить дорогу без меня! - И несчастная Вера Сергеевна (довольно симпатичная и энергичная особа лет тридцати) устремилась в голову колонны. - Остановитесь немедленно!
Очкастая Маргарита спросила Воробьева:
- Джонни, а правда, неужели тебе не жарко в таком наряде?
- Джарко, конечно… - Он перелистнул страницу.
- А зачем тогда…
- Из принципа. Чтобы она не думала, что может меня все время воспитывать… - Джонни Воробьев подбородком указал вперед, на умчавшуюся воспитательницу. - Достала своей педагогикой…
- Не тебя одного, - вздохнула Маргарита. - Скорее бы конец смены. Подальше от этих детских яслей…
Джонни сообщил небрежно:
- Ну, я-то не стану тянуть до конца смены. Завтра приезжают из отпуска родители. Я уже всем джелезно сказал, что с того дня - больше ни шагу в этот инкубатор…
- Счастливый… Но Верушка тебя и дома достанет. Она же твоя сестра.
- Двоюродная…
- Все равно будет донимать…
- Не будет. У меня дома джесткая экст-терри-тори-альность…
- Чего? - Маргарита чуть не уронила очки.
Джонни не успел ответить. Летнюю тишину нарушил тоскливый вопль, похожий на голос заблудившегося в тумане судна:
- Уикториа-а-а!..
Продолжение следует.

№ 118.
На перекрестке стояла и голосила (произнося на иностранный ма¬нер имя «Виктория») сухопарая дама со страдальческим лицом. Кричала то в мобильник, то поверх телефона обводя улицу безнадежным взглядом.
- Это Нина Валерьевна, тетушка Вики, - сообщил Джонни Маргарите.
- Уикториа-а!.. - снова зазвучало под летним небом.
В этот миг нечто подобное пу¬шечному ядру с приклеенными пе¬стрыми лоскутками пронеслось мимо ребят, через кусты и заборы, мимо притихших от изумления до¬мов и мирно пасущихся коз. Прыснули с заборов перепуганные кошки.
- Уикториа-а! Виктория! Вика! Остановись немедленно! - завопила вслед пестрому снаряду Нина Валерьевна.
Было поздно. Разноцветные клочья мчались теперь по другой улице. Ошарашили и заставили замереть на тротуаре супружескую пару пенсионеров.
- Ай! Что это было? - воскликнула пенсионерка интеллигентного вида.
- Я могу ошибиться, но похоже, что это была девочка. - ответствовал пенсионер в профессорских очках и с бородкой.
- Чудовищный век. Разве можно представить, чтобы во времена н а ш е г о детства существовали т а к и е девочки...
- Разумеется нет, дорогая... Хотя... - пенсионер прошелся по спутнице очками. - мне вспоминается некое растрепанное длинноногое существо в похожей на пестрый флаг юбочке. Оно лихо скакало через заборы...
- Не знаю, не знаю, кого это ты вспомнил... А у меня в памяти сидит некий рыжий сорванец с рогаткой и в продранных на коленях брюках...
- Не может быть!..
- Уикториа-а! - донеслось из-за угла...
Вика всем телом грянулась о калитку и влетела на середину обширного двора. На сложенной у сарая поленнице сидели мальчишки: двенадцатилетний Сережка Волошин (самый авторитетный человек в этой компании) и одиннадцатилетние братья-близнецы (не похожие друг на друга) Дорины - Стасик и Борька.
- Вторжение кометы, - сказал Сережка, глянув на запыхавшуюся одноклассницу.
- Какая ты красивая, - заметил Стасик. - Прямо, как с витрины. Опять новый сарафан...
- Сама шила? - спросил Борька (он держал на коленях и колупал отверткой непонятный ржавый механизм).
- А кто? Тетушка что ли?.. Спасибо, что починили машинку...
- Последний раз, - сказал Стасик. - Ей давно пора в исторический музей...
- Тетушке?
- Машинке!
- Но сейчас она работает, как часы!.. Только я для сарафана изрезала старую шелковую шаль. Думала, что мамина, а оказалось - тетина...
- И поэтому ты в бегах, - проницательно заметил Сережка.
- Я всегда от нее в бегах... Ой!
За воротами опять послышался тоскливый клич:
- Уикториа-а! Немедленно вернись домой!.. Ты сведешь меня с ума!..
- Ребята, мне нужно политическое убежище!
Сережка большим пальцем показал через плечо: на приставную лестницу, ведущую к чердачной дверце двухэтажного сарая. Вика, подобно пучку разноцветных ракет, взлетела по ступеням и скрылась.
Печальная Нина Валерьевна возникла в калитке.
- Мальчики, вы не видели Вику? Ей надо заниматься французским, а она натянула ужасный самодельный наряд и умчалась, как сумасшедшая...
- Видели, конечно, - сообщил находчивый Стасик. - Она только что промчалась через двор...
- Крикнула «Чао!», перепрыгнула вон там через забор и пропала, - добавил Борька.
- Наверно, поскакала на берег, к лодочным мосткам. Там всегда наши девочки купаются, - внес долю спасительного вранья Сережка.
- Сумасшедшая девчонка! Я запретила ей купаться без спроса!.. А может быть, она все-таки где-то здесь? А?.. - Нина Валерьевна обвела пространство длинным носом. - Спряталась незаметно... А? - И она подошла к закрытой двери сарая, толкнула ее внутрь.
- Уикториа!
Стасик и Борька слетели с поленницы.
- Не надо туда! Нина Валерьевна, это опасно!..
- Но я только... Ай!!!
Из сарая вылетело механическое существо размером с мелкую собаку. Хрипло мяукнуло, завращало зажегшимися зелены¬ми глазами, вздыбило на спине три антенны, лязгнуло треугольными зубами. Вцепилось ими в подол юбки и замотало клепаной головой.
- Спасите!..
Братья Дорины бросились спасать. Нажали какие-то рычажки, расцепили челюсти железного зверя.
- Мы же говорили... - укоризненно сказал Стасик.
- Это электронный кот Меркурий, наш проект... - разъяснил Борька.
Стасик уточнил:
-Для поимки мышей. Только он пока их не ловит...
Нина Валерьевна, поджав ноги, сидела на нижней ступени лестницы, по которой взбежала на чердак ее племянница.
- Мальчики, я чуть не умерла! Вы же знаете, что у меня прыгающее давление...
- Мы-то знаем, а он, паразит, не знает... - объяснил Стасик. - У него нервная реакция на громкие крики...
- Ну-ка, лежать! - приказал Борька Меркурию, как собаке. И надавил на хвост-рычаг. Меркурий завалился на спину и вскинул растопыренные лапы. Борька почесал ему брюхо.
- Успокойся, мой хороший...
Меркурий прикрыл жестяные веки и механически замурлыкал.
- Неотлаженная система, - объяснил Стасик. - Мышей нет, чтобы его натаскивать. Вот он и кидается на кого ни попадя...
Сережка светски помог Нине Валерьевне спуститься со ступени. И пообещал:
- Как только мы увидим Вику, сразу скажем, что вы ее ищете...
- Ох... И что это даст? - скорбно отозвалась Викина тетушка.
Она побрела со двора, вышла за калитку, вынула мобильник.
- Уик... - начала вещать она в телефон, но вдруг осознала бессмысленность попыток и спрятала аппарат в карман. Махнула рукой. Побрела вдоль забора.
Навстречу двигалась ребячья вереница во главе с Верой Сергеевной.
Викина тетушка и воспитательница утомленно обрадовались друг другу.
- Верочка... Вы опять на своем командирском посту...
- Здравствуйте. Нина Валерьевна. Как ваше здоровье?
- Ну, какое здоровье, Верочка! С такой девчонкой... Родители снова укатили в турпоездку и бросили это несносное чадо на меня. А оно... она то есть... Вчера я опять из-за нее провела полдня в поликлинике...
- И что говорят врачи?
- Верочка, ну какие в наше время врачи! Они еще бессердечнее Виктории. Одна даже набралась наглости и заявила мне: «Поверьте. голубушка, у вас нет ничего серьезного...» Это у меня-то!
- Чудовищно!
- Да... Надеюсь, люди когда-нибудь поймут, какой подвиг я совершаю, воспитывая этого дикаря в юбке... Да ведь и у вас. Верочка, жизнь не легче! Вон сколько сорванцов...
- Нет, они вполне приличные дети. За исключением моего двоюродного братца... Строит из себя этакую взрослую личность, а сам еще букву «жэ» не научился выговаривать! Говорит «джурнал» и «джелезо»... А себя называет Дженькой! Или Джонни... И при этом ведет себя... слов нет...
- Хулиганит и спорит?
- Да нет же! Спорить со мной он считает ниже своего достоинства. Он просто меня и-гно-ри-рует. И тем подрывает авторитет... Кстати, где он? - Вера Сергеевна завертела головой. - Маргарита, где Воробьев? Он шел с тобой рядом!
- За ним прибежал Мишка Панин из средней группы и позвал обратно в школу. Чтобы читать ребятам книжку про Питера Пэна...
- Какой Питер! У него по расписанию прогулка! Боже, когда он наконец покинет группу? Я буду вспоминать этот день, как светлый праздник...
Семилетний Мишка Панин и Джонни застревали в кустах. Мишка - потому что толстоват. Джонни - потому что мешали техасы и рубаха. Мишка деловито объяснял на ходу:
- ... Да теперь не до книги. Павлик и Митя прибежали и говорят: Самохин собрал армию и пиратничает на улицах... Песочный город разбомбили на Кузнечной... Ой, крапива тут... Санькину плотину растоптали в овраге. И не дают проходу, требуют выкуп у каждого. Говорят: «Мы викинги...»
- Кто? Эта шпана - викинги?
- Ну да, рогатые воины. Как в кино «Черный ярл»...
- Да знаю...
- Джонни, надо что-то делать... Вон, слышишь? Опять маршируют...
Над зарослями сквера, в тишине. полной цветов и бабочек, нарастал ритмический гул боевого барабана.
Мишка и Джонни высунулись из веток. И увидели...
У Джонни округлились глаза и вытянулись в трубочку губы. Он вцепился пятерней в золотистые локоны на затылке.
- Вот это да...
Вика уже спустилась с чердака. Теперь она ремонтировала порванный во время бегства наряд - хитро изгибаясь, орудовала сапожной иглой, зашивала прореху на подоле. Сережка скинул футболку и, сидя на крыльце, подставлял солнышку плечи, сладко жмурился. Давал советы:
- Вон там, сбоку еще дырка, не забудь... И где ты так ободралась?
- На скорости. В шиповнике...
В калитке возник Джонни. Он слегка запыхался, но теперь принял спокойно-ироничный вид. Подошел. Подбоченился.
- Джутко чудесная картина... Платьице зашиваем, да?
- Джонни, привет. - сказала Вика.
- Привет... Загораем, значит, да?
- Джонни, ты чего? - сказал Сережка.
- А т о г о, что Самохин мелким ребятам опять джизни не дает...
- Что? - напружинено переспросил Сергей. И стал натягивать майку.
Джонни разъяснил:
- Понаделали всякого оружия и на всех лезут. У Митьки Волкова и Павлика Гаврина плотину сломали. Они ее в овраге на ручье делали, а они растоптали.
- Шакалы! - искренне сказала Вика. - Нашли на кого нападать!
Сережка прищурился и медленно произнес:
- Думают, если наши ребята разъехались, можно маленьких задевать...
- Пошли, поговорим с ними, - деловито предложил Борис.
- Иди, поговори, - сказал Джонни. - Их знаете сколько? Самохин провел на своей улице всеобщую могилизацию.
- Чего? - удивилась Вика. - Может, мобилизацию?
- Какая разница, - хмуро вста¬вил Сережка. - Все равно дело - могила. Нас всего пятеро...
- А их в строю шестнадцать, - сказал Джонни. - Да еще разведчики... И мечи, и щиты, и копья. Вот они скоро здесь проходить будут, увидите.
И правда, с улицы раздался дружный топот и бренчанье.
Вика, Дорины, Сережка и Джонни бросились к забору. Вспрыгнули на верхнюю перекладину, животами легли на кромку. Но Сережка тут же скомандовал:
- Укройсь.
Они прыгнули с забора и прильнули к щелям.
По дороге шло грозное войско.
Необычный был у войска строй. Впереди шагал один человек, за ним два - плечом к плечу, потом шеренга из трех, за ней - из четырех. А дальше снова шли три, два и один. Получался остроконечный четырехугольник - ромб.
Каждый воин держал щит. который закрывал хозяина от щи¬колоток до плеч. Все щиты смыкались краями и опоясывали строй, как сплошная броня.
Но удивительней всего оказались шлемы. Чего здесь только не было!
Ржавые каски, кастрюли с прорезями для глаз, колпаки от автомобильных фар старого времени, алюминиевые тазики. И каждый шлем был с рогами! Рога из железных трубок, из проволоки, из жести - припаянные, приклепанные, прикрученные - торчали грозно и вызывающе.
Толька Самохин шел первым. На нем сверкал никелированный чайник. Из баллонов от маленьких термосов получились отличные рога. Из-под железного края безжалостно смотрели глаза юного ярла. Над щитами, над шлемами гордо подымались копья. Мочальные хвосты и пестрые флаж¬ки реяли у наконечников. Качалось знамя с намалеванной на мешковине рогатой маской.
- Ну и стадо, - сказала Вика.
- Смех смехом, а не подступиться, - возразил Борька. - Даже из рогаток не прошибешь.
В середине строя, за щитами, стучал барабан.
- Понятно, - зло сказал Сережка. - Насмотрелся Самохин про викингов. В летнем кинотеатре такой фильм показывают - называется «Черный ярл». Видели?
- Не-а, - сказал Стасик. - Там билеты стоят, как иномарка.
- А вот Самохин посмотрел. У него там бабушка работает контролершей... Слыхали, про викингов? В пешем строю они всегда вот таким ромбом ходили, как самохинская шобла. Закроются с четырех сторон щитами, и не подступишься. И шлемы у них рогатые были, чтобы страх нагонять.
- Ну и страх! Потеха одна! - заявила Вика. - Что-то вы побледнели, мальчики. Животы в порядке?
- Уикториа-а! - укоризненно протянул Стасик. - Зачем ты так говоришь? У нас начнет прыгать давление!
- А ярл - это кто? - спросил Борис.
- Это значит вождь, - объяснил Сережка. - Вроде князя.
- Он негр? - поинтересовался Джонни.
- Почему?
- Ну, раз черный!
- Да это прозвище. Тоже для страха.
- А ярла в чайнике мы тоже боимся? - спросипа Вика.
- Мы его вечером поймаем, - решил Сережка. - Когда будет без чайника. Небось, опять придет к бабушке в кино...

№ 119
Начало в N 117-118.
Тольку Самохина друзья повстречали у входа в летний кинотеатр.
Толька явно хотел снова попасть на фильм про викингов. Он не попал. Его прижали спиной к афишной тумбе, на которой красовалась разноцветная афиша. На афише Черный Ярл - бородатый и в шлеме с бычьими рогами - ловко раскидывал шипастой палицей дюжину врагов. Но Тольке от этого было не легче.
- Поговорим? - сказал Сережка.
- Четверо на одного? - сказал Толька.
- А разве это много? - язвительно спросила Вика. - Вас-то сколько было, когда плотину у двух малышей раздавили?
- Мы? Раздавили?
- А не давили, да? - прищурился Джонни.
- Мы по ней только через ручей прошли! У нас на той стороне тактические занятия были! Мы что, знали, что она сломается?
- Думать надо было. - наставительно сказал Борька.
- Головой, - добавил Стасик.
- А не дж... - хотел уточнить Джонни.
- Евгений! - воскликнула Вика тоном Веры Сергеевны.
- Я хотел сказать: не джестянкой с рогами.
- Ты мои рога не тронь, - мрачно сказал предводитель викингов.
- Можно и потрогать, - заметил Сережка.
- Четверо на одного?
- Не четверо, а пятеро!!! - взвился уязвленный в самое сердце Джонни. Только сейчас он понял, что Самохин не желает его даже считать.
Самохин прищурился:
- Воробышек! А я и не узнал сперва. Недавно был как козявка, и вдруг стал длинный, как макарона... Все равно козявка.
- Вот как вделаю по уху!
- Макарона, - сказал викинг. - Вделай.
Джонни зажмурился и «вделал». Правда не по уху, а ниже поясницы, растоптанной кроссовкой. И сам чуть не упал от усердия. Самохин потянулся к нему, но вмешалась Вика. Она ухватила из травы остатки дощатого ящика, в котором садовые рабочие носили рассаду. С маху нахлобучила на Самохина. Гнилое днище продавилось, встрепанная голова Самохина высунулась наружу. Он отплевывался, яростно сверкал глазами, но в таком положении явно не был способен к отпору.
Друзья повернулись и шеренгой зашагали прочь.
Самохину, наверно, хотелось зареветь. Но он не заревел. Он, часто дыша, сказал издали:
- Ну, увидимся еще! Не будет вам жизни теперь ни ночью, ни днем.
Стащил через голову ящик и швырнул вслед неприятелям.
Вика и мальчишки озабоченно молчали и не смотрели друг на друга.
- Вот что, люди, - заговорил наконец командир Сережка. - Давайте-ка топать на свою территорию. И поскорее.
Они укрылись во дворе.
- Ну, братцы, ждите гостей, - озабоченно предупредил Сережка. - Джонни, займи наблюдательный пост.
Джонни, путаясь в техасах, забрался на забор.
- Возьми яблочко, чтобы не скучать... - Вика выудила из пестрых складок яблоко и кинула Джонни.
Тот начал жевать. И почти сразу известил:
- Во, маршируют!
Все влезли на перекладину. Противник двигался в боевом порядке. Мерно колыхались копья и звякало железо.
- Красиво идут, черти, - со вздохом сказал Сережка. Наверное, завидовал, что нет у него такой могучей армии.
- Ну и красота! Понацепляли утильсырье... - откликнулась Вика.
Викинги приближались. Толька шел впереди. Рогатый чайник его вспыхивал на вечернем солнце. Справа и позади командира шагал верный адъютант Вовка Песков по прозвищу Пескарь. Он тоже был в чайнике, только не в блестящем, а в эмалированном. Крышки у чайника не было, и в круглом отверстии торчал белобрысый хохол.
Строй викингов остановился, нацелившись острием ромба на забор.
- Ну, чего расселись, как курицы? - глухо спросил Самохин из- под шлема. - Идите, побеседуем.
- Сено к корове не ходит, - сказал Сережка.
- Трусы, - заявил Толька. - Это вам не пятеро на одного.
Джонни гордо улыбнулся.
- И не шестнадцать на двух малышей, - сказала Вика.
- Пескарь, давай, - приказал Самохин.
Адъютант вышел из строя и приблизился к забору. Вытащил из-за щита свернутый в трубу кусок обоев, раскрутил и тонким голосом прочитал крупный текст:
- Объявляем вам всем смертельную войну до полной победы, чтоб не было вам нигде проходу!
- Всё? - спросил Сережка.
- Нет еще... А подлую малявку Джонни Воробьева по кличке Макарона поймаем отдельно, сдерем шкуру и повесим сушиться на солнышке!
- Нет у меня такого прозвища! - возмутился Джонни.
- Нет так будет! - сообщил из- под чайника Пескарь.
- Всё теперь? - снова спросил Сережка.
- Всё, - сказал Пескарь и нерешительно оглянулся на ярла.
- Тогда катись отсюда, - хмуро предложил Сережка.
- Сам катись, - ответил Пескарь, потому что приказа отступать не было.
Джонни деловито кинул недоеденное яблоко, целясь в неприкрытую макушку викинга. И попал. Оскорбленный Пескарь поднял копье, чтобы отомстить обидчику. Борька и Стасик ухватили копье за наконечник, дернули к себе. Пескарь не ожидал такого фокуса и выпустил оружие. Дорины тупым концом копья ударили Пескаря по щиту, и посол викингов шлепнулся на тротуар, раскидав худые, как циркуль, ноги.
Викинги склонили копья и ринулись к забору. Пятеро друзей, как парашютисты, посыпались вниз, во двор.
- Минуточку! - крикнула Вика и метнулась к бочке под водосточной трубой. Схватила стоявшее рядом ведерко, зачерпнула воду, кинулась обратно. Вода перехлестнула через забор. Послышались яростные крики, и викинги отступили. Вика снова уселась на шатком заборе.
- Эй вы, мелкий рогатый скот! - радовалась она. - Обезьяны в дырявых мисках! Получили? Мы вас всех переловим по одному, рога пообломаем!
- Уикто-ориа-а! - раздался позади возмущенный вопль. - Что ты говоришь! Сию же минуту ступай домой! Ты сведешь меня в могилу!
- Тебя не сведет даже всеоб¬щая могилизация... - проворчала Вика и шумно упала с забора.
- До завтра, мальчики. Сегодня меня весь вечер будут учить хорошим манерам.
- Держись, - откликнулся Сережка. - Утро вечера мудренее.
Утром приехавшие родители поздравляли именинника Джонни.
Мама целовала сына и расчесывала его золотистые локоны.
Вера Сергеевна хотела преподнести торт, но раздумала: «Нет, это вечером». Папа вручил толстую книгу.
- Вот тебе «Три мушкетера». Ты ведь давно хотел...
- Ура! - возликовал Джонни. - Буду каждый вечер до ночи читать!
- Я вот тебе покажу «до ночи»... - неуверенно пригрозила мама.
- Ты про этих мушкетеров смотрел массу всяких сериалов, - заметила уже из-за двери двоюродная сестрица Вера.
- Ха, сравнила! Книжка - это в тыщу раз интереснее!
- По-моему, девятилетним мальчикам рано читать такие толстые книги, - заявила Вера.
- Я сам читал в таком же возрасте, - возразил папа. - И до сих пор жив, тьфу-тьфу-тьфу... Облачайся, именинник, в свой праздничный наряд. Теперь тебе не нужно дразнить ковбойским видом несчастную Веру...
- Женечка, а может быть, ты все-таки еще походишь в летний лагерь? - неуверенно спросила мама. - Там занятия, режим, регулярное питание...
- Джуть какая, - сказал Джонни из-под новой рубашки. Он надевал полученный в подарок новый наряд. Одежда была похожа на костюм юного яхтсмена: вышитые якоря, погончики и полоски на синих шортах и белой рубашке. И такая же ослепитепьно-белая пилотка с синими кантами. Джонни пристроил пилотку на локонах.
Мама вполголоса сказала папе:
- Не понимаю, почему им так недовольна Вера. Вполне приличный ребенок...
- Да, - согласился папа. - Вполне. Или... почти вполне... Слушай, свет-Евгений, а чем ты будешь заниматься теперь, когда избавился от детско-лагерного ига? До осени еще далеко...
- Буду воевать с Черным Ялом, - известил Джонни родителей.
- С кем? Как воевать? Женя, подожди! - сразу запаниковала мама. Но изящный Джонни ускользнул из-под маминых рук, промчался вниз по лестнице со второго этажа и вылетел со двора на тротуар.
Праздничное настроение не усыпило Джоннину бдительность. За воротами он с видом разведчика оглянулся. Прислушался... Так и есть! Отдаленный рокот большого барабана доносился издалека сюда, на заросшую кленами тихую улицу. Джонни шагом индейского следопыта проследовал до угла, выглянул из-за дерева.
Викинги ступили на тропу войны и шагали посреди улицы, сверкая и бренча доспехами.
«Дзынь! Дзынь!..» - отмеряли ритм удары юного барабанщика в каске с пером.
Два благодушных милиционера у пивного киоска (похоже, что сменившиеся с дежурства) проводили строй рогатых воинов одобрительными взглядами.
- Красиво идут, - заметил один.
- Видать, из Дворца школьников, - прихлебывая из банки, сказал другой. - Наверно, исторический кружок. Военно-патриотическое воспитание...
Викинги шли не просто так. Им нужна была цель. Их разведчики в некотором отдалении сопровождали боевой ромб, замирали в траве у заборов и в ветках тополей. Вот один из них поднес к губам мобильник.
- Ярл... Ярл...
Не прерывая шествия во главе строя. Самохин сунул свой мобильник под край чайника-шлема.
- Ярл на связи...
- Неизвестный противник у Жабьего пруда строит боевую галеру! Для нападения на наши береговые укрепления...
- Полк, слушай команду! - громко приказал Самохин. - Разворот по дуге и марш-бросок к пруду!..
На широком перекрестке викинги изменили маршрут, склонили копья и, не ломая строя, рысцой двинулись к пруду. Вслед им опасливо гавкали собаки.
Джонни не пошел за викингами. Он плюнул им вслед, сунул кулаки в бело-синие кармашки и зашагал к дому своих друзей.
Продолжение следует.

From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

segels: (Default)
segels

July 2012

S M T W T F S
1 234 567
8910 111213 14
15 161718192021
22232425262728
293031    

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 22nd, 2017 09:06 pm
Powered by Dreamwidth Studios